Запись разговора

Приведем запись нашей последней беседы:

ЭЛИЗА: Здравствуйте. В чем состоит ваша проблема?

Дьюдни: Я не имею привычки обсуждать мои проблемы с компьютерами.

Элиза: Компьютеры тревожат вас?

Дыодни: Иногда. Интересно, чем это все кончится?

Элиза: Пожалуйста, продолжайте.

Дьюдни; А вам не кажется, что, всецело полагаясь на компьютеры, мы, может быть, невольно отказываемся от важных направлений в культурном развитии?

ЭЛИЗА: Мы говорили о вас, а не обо мне.

Ну что же, пока неплохо. Кажется, Элиза хорошо справляется со своей ролью психиатра, выжимая из меня информацию и отклоняя мой вопрос, чтобы сконцентрировать внимание на моей «проблеме». Однако ее ответ в последней строке выглядит не совсем уместным. Наверное, лучше было бы сказать: «А как вы думаете?» После обмена еще несколькими фразами Элиза говорит: «А это имеет какое-нибудь отношение к тому факту, что ваши проблемы с компьютером?»

Иллюзорное впечатление о том, что Элиза представляет собой изощренную разговаривающую программу, начинает пропадать. Хотя Рэктер допускает в разговоре многочисленные семантические (т.е. смысловые) погрешности, ее конструкция такова, что она всегда выражается грамматически правильно. Семантическую чепуху мы как- то легче прощаем, чем синтаксические ошибки. Начиная с этого места беседа начала вырождаться, как я и предвидел. Этот разговор с Элизой состоялся давно, несколько лет назад.

Программа Элиза действует по очень простому принципу. У нее имеется небольшой набор ключевых слов, часто встречающихся в разговоре. Например, встретив притяжательное местоимение, такое, как «мой», программа может построить два возможных ответа. Эти два вида ответов хорошо иллюстрируют возможности Элизы при поддержании беседы. Упоминание члена семьи собеседника, такое, например, как «мой отец» или «моя сестра», всегда вызывает у Элизы одну и ту же реакцию: «Расскажите мне подробнее

о   вашей семье».

 

 

0 Коментариев

Вы можете быть первым =)

Оставить коментарий